Главная
Стихи
Best - стихи
Классики
Вслух - audio стихи
Стихи для детей
Мои песни
Записки на полях
Архив рассылки
Что здесь?


ВКонтакт
vk.com/blikitishini

Телеграмм
t.me/blikitishini




Пишите письма
письма я люблю =)


Лента Бликов


ты приходишь однажды и шепчешь ей: "я скучал..."
и она отвечает: "я тоже. я тебе заварила чай,
будем вместе молчать или, хочешь, поговорим.
мы - единого часть, состоящие из любви..."

и проходит усталость, рассасывается тоска.
весь удушливый гнев, что извечно с собой таскал,
все обиды и злость, что так долго в себе носил,
износились настолько, что ты умирал без сил.

это было вчера.
а сегодня она лежит
прямо рядом с тобой. если это, мой друг, не жизнь;
если это не то, для чего ты так долго шёл,
то, скажи мне, где прячется мнимое "хорошо"?

и в мгновение думаешь: "это и есть мой дом!
мне не важно, что будет дальше, что было до,
сколько будет печали и сколько случится лжи.

в этом самом моменте я жив!
бесконечно жив!"

эта жизнь - мишура. в ней так много пустых вещей.
если душат они, то нужны ли они вообще?

август. вечер. тепло.
на столе остывает чай.

ты приходишь однажды и шепчешь ей: "я скучал..."

(с) Игорь Врублевский

Такие слишком медовые эти луны, такие звезды - острые каблуки, меня трясет от каждого поцелуя, как будто губы - голые проводки, а мне бы попивать свой чаек духмяный, молиться молча каждому вечерку, меня крутили, жили, в ладонях мяли и вот случайно выдернули чеку, за это даже в школе бы физкультурник на год освободил от своей физры, меня жует в объятьях температурных, высинивает, выкручивает навзрыд, гудит волна, захлестывает за борт, а в глазах тоска, внутри непрерывный стон, но мне нельзя апрель - у меня работа и курсовик пятнадцатого на стол.

Играю свои безвыигрышные матчи, диктую свой отточенный эпилог, чтоб из Москвы приехал прекрасный мальчик, и ткнулся носом в мой обожженный лоб. А дома запах дыма и вкус ванили, а дом-то мал и грязен, как я сама, а мне не написали, не позвонили, не приоткрыли тайные закрома. Таскаюсь по проспектам - как будто голой, да вот любой бери меня не хочу - и город цепко держит клешней за горло, того гляди задушит через чуть-чуть, приду под вечер, пью, залезаю в ванну, как тысячи таких же как я девиц, а что у вас немедленно убивало, здесь даже не хватает на удивить.

И это не любовь - а еще покруче, всё то, что бьет наотмашь, издалека. Такие слишком синие эти тучи, такие слишком белые облака.

Ребята, мой плацдарм до травинки выжжен, разрытые траншеи на полдуши. Ребята, как же я вас всех ненавижу, всех тех, кто знает, как меня рассмешить. Вы до конца на мне затянули пояс, растерли закостенелое докрасна, а после - всё, свободна, билет на поезд и поезжай в свой Питер. А в нем весна.

Но мне в большом пакете, сухпай на вынос отдали, нынче кажется, всё на свете, мне б успокоить это, что появилось хоть выносить, оставить в себе до смерти. Да вы богатыри - ведь пробить непросто махину эту - а по последней версии сто шестьдесят четыре живого роста, полцентнера почти неживого веса. Да я вернусь, когда-нибудь, да наверно, опять вот так, минуточкой, впопыхах, но у тебя очки и немножко нервно и волосы - специально, чтоб их вдыхать.

И как я научилась при вас смущаться и хохотать до привкуса на губах, как вы так умудряетесь помещаться в моей башке, не большей чем гигабайт? В моих руках, продымленных узких джинсах, в моих глазах, в прожилочках на висках, как удалось так плотно расположиться, и ни на миг на волю не отпускать? А жизнь совсем иначе стучит и учит - не сметь считать, что где-нибудь ждут-грустят. Как вы смогли настолько меня прищучить, что я во сне просыпаюсь у вас в гостях? Ведь я теперь не смогу уже по-другому, закуталась в блестящее волокно. Такие слишком длинные перегоны, такой свистящий ветер через окно.


Уйдите и отдайте мое хмельное, земное одиночество, мой фетиш.

А может быть я просто немножко ною, чтобы проверить, всё ли ты мне простишь.

(с) Аля Кудряшева (Изюбрь)


Ведь в конечном итоге всегда побеждает любовь. Как себя ни веди, страсть не выведет дальше квартиры. И великое счастье в долгу пребывать у любви, Что является картой с границами целого мира. Ведь в конечном итоге всегда побеждает добро. Лепестки прорастут не сегодня, так завтра, посмотрим... Это всё, что мы можем, и нам изначально дано Верить в сказку и быть в этой сказке последним героем. Ты как следует это усвой и себя подготовь, Чтобы вынести тяжесть забот и кристальность рассудка. Ведь в конечном итоге всегда побеждает любовь, И в конечном итоге всегда начинается утро. (c) Ваня Якимов
выбирая себе любовь выбирай с опаской это то что надолго с тобой как фото на паспорт то что в слякоть и зной говорит тебе здравствуй-здравствуй и ты думаешь ой и еще раз думаешь ой это как пмж можно выбрать сад с соловьями крепкий дом преферанс по пятницам с кумовьями автолавка по четвергам почта с приветом и лишь бы тарелку на крыше не сбило ветром или взять мкс работа в условиях над задачей космонавт не грустит не болеет почти не плачет оказавшись в квартире подолгу лежит в углу и хочет обратно к боуи на иглу или взять петербург ты живешь по колено в тоске но всегда есть "зато" он всегда выводит к реке сквозь тебя смотрят сфинксы ты меньше любой беды унизительно меньше текущей вокруг воды и стоишь под закатом на острове на неве в старом летнем пальто и с сердцем на рукаве (с) Ася Антистратенко
О расставаниях и попытках Обрывай каналы и провода, оглушай нас прощальной речью! А конец наступает тогда, когда тебе больше сказать-то - нечего. Что бы ты себе в красках ни рисовал, - тебя спрашивают как будто: А когда заканчиваются слова - это, правда, ни с чем не спутать. А когда расстаться - уже не цель, то растерян ты: петь ли? Выть ли? Ты и рад хоть что-то сказать в конце, но концовка опять не выйдет. Вот тогда совсем ничего внутри, моя радость, моя досада. Сделай вдох и выдох, и посмотри - я опять. Тебе. Написала. (c) Ракель Напрочь (Екатерина Михайлова)
Метаморфоза Я был простой скрипач, сиречь не хуже прочих. И вовсе до поры о том не горевал. Она сказала: - Нет. Желаю, чтобы лётчик! И я, похолодев, уселся за штурвал. Хоть не был я рождён для неба и штурвала, Решил, пускай умру, но стану ей под стать, И выжил, но, увы, то было лишь начало В том перечне всего, каким я должен стать. Я перестал ходить с друзьями на "Уэмбли", Поскольку всё равно его вчера снесли. И бросил, как Колумб, все остальные земли Взамен всего одной единственной "Земли". Я сам того хотел, покорен и недерзок. И музыкой в ушах звучало: "Сукин сын! Опять ты приволок какой-то гадкий персик! Ведь русским языком просили апельсин!" В борьбе с самим собой, лишённый сантиментов, Безжалостно рубил наотмашь. Сгоряча Незнамо как подрос на двадцать сантиметров, И бицепс накачал достойный циркача. Я лошадь на скаку мог уничтожить взглядом, И поджигал село, и заходил в избу, И всё лишь для того, чтоб быть не с ней, но рядом, Однажды и навек приняв свою судьбу. Усильем волевым я сделался блондином, И глаз природный цвет сменил на голубой, Как верный паладин, в стремлении едином Я выполнял любой приказ, каприз любой. И всё бы я стерпел и не роптал бы, Отче. И всё бы ничего. И всё бы нипочём... Она сказала: "Да, ты настоящий лётчик..." И укатила прочь с каким-то скрипачом. А кто-то тот, другой, штурмующий высоты, Не я, совсем не я, всё думает о ней... Вот почему у нас порою самолёты Не долетают до посадочных огней... (c) Дмитрий Якимов (zrbvjd)
Есть люди - те, что выходят в свет, Закрыв забрало, И делят мир на "мое" и "нет", Им вечно - мало, Совсем не трогает моря шум, А мир - рутина, И вряд ли ночью придет на ум - Писать картины... Но есть - другие. Во все века Их было - много. Их блеск росы в лепестках цветка Манил с порога; Вперед вела за собой всегда, Сквозь пересуды - По-детски чистая, их звезда - Их вера в чудо. (c) Vyt
Без году неделя, мой свет, двадцать две смс назад мы еще не спали, сорок - даже не думали, а итог - вот оно и палево, мы в опале, и слепой не видит, как мы попали и какой в груди у нас кипяток. Губы болят, потому что ты весь колючий; больше нет ни моих друзей, ни твоей жены; всякий скажет, насколько это тяжелый случай и как сильно ткани поражены. Израильтянин и палестинец, и соль и перец, слюна горька; август-гардеробщик зажал в горсти нас, в ладони влажной два номерка; время шальных бессонниц, дрянных гостиниц, заговорщицкого жаргона и юморка; два щенка, что, колечком свернувшись, спят на изумрудной траве, сомлев от жары уже; все, что до - сплошные слепые пятна, я потом отрежу при монтаже. Этим всем, коль будет Господня воля, я себя на старости развлеку: вот мы не берем с собой алкоголя, чтобы все случилось по трезвяку; между джинсами и футболкой полоска кожи, мир кренится все больше, будто под ним домкрат; мы с тобой отчаянно непохожи, и от этого все забавней во много крат; волосы жестким ворсом, в постели как Мцыри с барсом, в голове бурлящий густой сироп; думай сердцем - сдохнешь счастливым старцем, будет что рассказать сыновьям за дартсом, прежде чем начнешь собираться в гроб. Мальчик-билеты-в-последний-ряд, мальчик-что-за-роскошный-вид. Мне плевать, что там о нас говорят и кто Бога из нас гневит. Я планирую пить с тобой ром и колдрекс, строить жизнь как комикс, готовить тебе бифштекс; что до тех, для кого важнее моральный кодекс - пусть имеют вечный оральный секс. Вот же он ты - стоишь в простыне как в тоге и дурачишься, и куда я теперь уйду. Катапульта в райские гребаные чертоги - специально для тех, кто будет гореть в аду. (с) автор - Вера Полозкова

Здорово, что заглянули. Буду рада, если Вам в моей коллекции тоже что-то понравится.

Пусть в мире и в душах будет больше солнца, тепла и улыбок.

Ведь улыбки точно делают жизнь чуть-чуть светлее.

Счастливого плавания по волнам поэзии.

Корнетка.



 
Copyright © 2001-2022 Корнетка E-mail: bliki@bk.ru